Моисей Ройтман
← Все материалы

· Авторская сатира

Окрошка и бабушкины рецепты

Холодный кефир, огурец, редис и укроп, растёртый с солью. За миской окрошки быстро выясняется, почему фраза «моя бабушка делала именно так» ещё не заменяет умения готовить.

Окрошка и бабушкины рецепты

С чего всё началось?

На днях в личку постучалась женщина и очень вежливо написала:

"Уважаемый Мойшале! Прошу Вас, напишите пожалуйста за окрошку."

Я сразу понял две вещи.

Во-первых, человек хороший.

Во-вторых, человек совершенно не понимает масштаб катастрофы, которую только что запустил.

Потому что окрошка давно перестала быть едой. Это тест на психическую устойчивость населения. Любой разговор про окрошку неизбежно приводит к появлению экспертов, семейных легенд, бабушек, дедушек, прапрабабушек, исторических документов, религиозных убеждений и одного гражданина, который обязательно добавляет туда майонез.

После чего цивилизованная беседа заканчивается.

Впрочем, чего я переживаю. Если человечество пережило социальные сети, то и этот пост как-нибудь переживёт.

Наверное.

С окрошкой у меня отношения сложные. Не потому что квас или кефир. Господи, да если бы все проблемы человечества сводились к выбору между квасом и кефиром, я бы давно ушёл на пенсию, выращивал укроп и не разговаривал с людьми без крайней необходимости.

Проблема в людях.

Как обычно.

Каждое лето появляется толпа специалистов по окрошке. Зимой их не видно. Осенью тоже. Весной они ещё как-то маскируются под нормальных граждан. Но как только температура переваливает за тридцать градусов, начинается.

Один рассказывает, что настоящая окрошка бывает только на квасе.

Второй через две минуты объявляет его еретиком и требует кефир.

Третий достаёт семейную легенду про сыворотку.

Потом появляется человек с минералкой и майонезом, и я начинаю понимать, что гибель некоторых цивилизаций была не трагедией, а профилактическим мероприятием.

Самое смешное, что окрошка вообще появилась не от хорошей жизни. Это не высокая гастрономия. Не предмет научного исследования. Не тема для диссертации.

Это еда человека, который посмотрел на летнюю жару, потом на плиту, потом снова на летнюю жару и сказал:

  • Да ну вас всех к чёрту.

Потому что когда на улице такой пекельный ад, что собака лежит в тени и пересматривает свои жизненные решения, а от раскалённой сковородки хочется вызвать полицию, желание совершать кулинарные подвиги быстро проходит.

Жрать хочется.

Готовить не хочется.

Людей видеть не хочется ещё сильнее.

Вот тогда и появляется окрошка.

Нарезал что было.

Залил чем-то холодным.

Сожрали.

И никто не устраивал международный конгресс по вопросу кваса, кефира и светлого будущего человечества.

Но человек вообще талантливое существо. Ему дай двигатель внутреннего сгорания - устроит войну. Дай интернет - устроит войну. Дай тазик окрошки - тоже устроит войну. Иногда мне кажется, что если завтра на землю прилетят инопланетяне, первые три вопроса будут не про устройство Вселенной.

На чём они делают окрошку.

Кто испортил рецепт.

И кого за это нужно ненавидеть.

Недавно один знакомый рассказывал мне про "настоящую окрошку как у бабушки". Я даже спорить не стал. У меня опыт тысяч подобных диалогов. Если человек начинает разговор словами "как у бабушки", спор уже проигран.

Причём бабушки бывают разные.

У одного бабушка готовила так, что соседи специально заходили на запах.

У другого бабушка варила всё до полной капитуляции продукта и считала чёрный перец опасным иностранным влиянием.

Но обе потом становятся непререкаемыми гастрономическими авторитетами.

Умер человек тридцать лет назад, а кухней всё ещё руководит.

Хотя ладно.

Вернёмся к окрошке.

Нет.

Сначала к колбасе.

Потому что именно здесь начинается большая часть преступлений.

Я не знаю, кто убедил народ, что самая дешёвая варёная колбаса обязана жить в окрошке. Видимо тот же человек, который придумал арбузы в феврале, безалкогольное пиво и резиновых женщин.

Но колбаса...

Господи, эта колбаса.

Каждый год одно и то же.

Берётся самый дешёвый розовый цилиндр из холодильника. Тот самый, который при жизни мяса даже рядом не стоял.

Нарезается.

Летит в кастрюлю.

Вслед за ним летят вода, крахмал, соя, ароматизаторы, красители, загустители и ещё человек двадцать химиков, которые всё это проектировали.

После чего владелец кастрюли начинает рассказывать про старые добрые времена, настоящие продукты и деградацию современной кухни.

Тут я обычно молчу.

Потому что если человек не видит противоречия в собственном тазике, мои слова уже опоздали. Вместе с колбасой.

Короче.

Если делать нормально, на полкило варёной картошки идут четыре яйца и граммов триста холодной отварной говядины. Можно язык. Можно курицу. Хорошую курицу, а не ту, которая ещё при жизни выглядела глубоко разочарованной в происходящем.

Один длинный огурец, граммов двести редиски, лук и укроп.

И вот тут большинство уже всё портит.

Потому что зелень нужно не просто бросить сверху как декоративный элемент. Её надо слегка перетереть с солью. Совсем немного. До запаха. До сока.

Тогда она начинает работать.

А не плавать в кастрюле с выражением лица случайного пассажира автобуса в воскресенье утром.

Картошка мелким кубиком.

Яйца тоже.

Мясо тоже.

Всё смешали.

Потом литр кефира и литр холодной газированной минералки.

Пара ложек сметаны. Или греческого йогурта. Или ещё немного кефира, если жизнь уже и так сложная.

Немного горчицы.

Перец.

Соль после пробы.

И убрать хотя бы на полчаса в холодильник.

Пусть всё познакомится между собой.

Людям иногда тоже полезно помолчать полчаса перед разговором. Еде тем более.

И нет, не надо сейчас устраивать собрание акционеров по поводу кваса и кефира.

Делайте как хотите.

Хоть на сыворотке.

Хоть на айране.

Хоть на слезах бывшего мужа.

Мне всё равно.

Я давно понял одну вещь: переубедить взрослого человека в вопросах еды почти невозможно. Особенно если он неправ. Тут уже медицина должна работать, а не кулинария.

Существует только ваша окрошка.

Та, которую ели дома в детстве.

Когда лето казалось бесконечным, холодильник открывался каждые семь минут, а взрослые почему-то ещё верили, что из вас вырастет приличный человек.

Поэтому делайте на чём хотите.

Только ради всего святого не рассказывайте потом, что колбаса за девятнадцать шекелей килограмм - это "как раньше".

Раньше тоже хватало дураков.

Просто интернет им не выдавали.

Поэтому они мучили только родственников, соседей и коллектив на работе.

А сегодня каждый получил доступ к аудитории и решил, что обязан оставить человечеству своё мнение про окрошку.

Иногда мне кажется, что цивилизации заканчиваются именно так.

Не войной.

Не голодом.

Не эпидемиями.

А комментариями.

Следить за новыми текстами ↗

Хорошие истории
стоит получать первыми.

Новые рассказы и рецепты доступны в RSS-ленте, без регистрации и электронной почты.

Добавьте ленту в приложение для чтения RSS, чтобы следить за публикациями.

Открыть RSS-ленту